Хадзары в современном городе. Как обычные жители Владикавказа создали в своих дворах арт-проекты
В апреле в доме культуры «ГЭС-2» в Москве прошла выставка, посвященная осетинским хадзарам — уникальным общественным пространствам из Владикавказа. Проект собирался фрагментарно больше года: в традиционных владикавказских хадзарах проводили творческие мастерские и лаборатории, а результаты этих работ перевезли в Москве и сделали выставку, на которой можно посмотреть фильмы и работы художников, а также пройтись по воссозданному архитектором владикавказскому хадзару. «Свобода (не) за горами» поговорила с куратором выставки о том, как современность и традиция в Осетии взаимопроникают и обогащают друг друга и как жители владикавказских дворов создали московскую выставку.
Общий «дом» на весь квартал. Что такое хадзар?
В жилых кварталах Владикавказа, среди обычных многоквартирных домов, почти в любой части города можно встретить длинную неприметную одноэтажную постройку. Не знакомый с местными особенностями гость решит, что это хозяйственное помещение. На самом деле в этих неказистых вытянутых зданиях, похожих на склады, кипит жизнь соседских сообществ. Здесь проходят важнейшие для квартала коллективные мероприятия: традиционные застолья, праздничные и траурные обряды или юбилеи старших жителей квартала.
Хадзар — уникальный для Осетии феномен. Само слово (по-осетински пишется как «хæдзар», но для простоты мы будем использовать русифицированную версию) обычно переводят с осетинского как «дом». Изначально так называлось основное помещение традиционного жилища, в котором находился очаг и где встречали гостей. Позже так стали называть любой дом вообще, а затем то же название получили и специальные помещения во дворах новых кварталов.
Хадзары активно строили с 1960-х по 80-е, когда во Владикавказ переезжали жители сёл, которые привыкли к общинной жизни и широким ритуальным застольям. За неимением подходящих пространств в новых микрорайонах, жильцы вскладчину строили хадзары. Эти постройки были столь важной частью жизни города, что их наличие во дворе можно нередко встретить в числе преимуществ в объявлениях о продаже или сдаче квартиры на условном Avito:
Сдается 4х-комнатная квартира в элитном доме по ул. Доватора. В комплексе уютный озелененный большой внутренний двор, оборудованная детская площадка, футбольная площадка, большой хадзар.
Внутри хадзар обычно разделен на кухню-кладовую и помещение с посадочными местами, число которых может колебаться от нескольких десятков до трех-четырех сотен. Как правило, это исключительно мужское пространство, главные распорядители в нем — старшие мужчины, за один стол с ними не принято садиться ни женщинам, ни молодым людям. Роль последних — подготавливать помещение к ритуалу, готовить пищу, сервировать столы и убираться после застолья.
Вне традиционных мероприятий хадзар служит чем-то вроде пространства для досуга: мужчины старшего возраста играют здесь в настольные игры, общаются, коротают свободное время, поэтому место иногда называют «своеобразной игротекой для мужчин пожилого возраста». Хадзары настолько прочно вошли в повседневную городскую жизнь, что в 2010-х во «ВКонтакте» завирусился мем «Мужик с хаедзара», который обыгрывает типичные ситуации, знакомые большинству жителей.
Однако в последние годы роль хадзаров начала снижаться: молодые семьи предпочитают проводить торжества в ресторанах и банкетных залах, а ритуальные национальные праздники снова всё чаще отмечают в родовых селениях, как это было до переселения в города. Но роль этих пространств по-прежнему сильна, потому что соседское сообщество все еще очень важно для владикавказцев.
Кураторы выставки заинтересовались этим переходным этапом между живой традицией и современным городом и захотели провести в хадзарах творческие мастерские, тем самым совместив традиционное пространство с новым видом досуга. До проведения выставки в Москве они около года изучали повседневность этих уникальных пространств во Владикавказе и создали многосоставный проект: часть реализовали во Осетии, а часть — в Доме культуры «ГЭС-2» в Москве.
Хадзары для лабораторий, мастерских и воркшопов
«Хадзары мечты» — это часть большой программы «ГЭС-2. Города», в которой Владикавказ стал пятым городом. Концепция проекта состояла в следующем: во Владикавказе кураторы команды распределились по трем выбранным дворам с действующими хадзарами, в каждом из которых жителям предложили выбрать отдельный проект или направление для эксперимента.
В одном из двором решили работать с театром, в другом — с кино, а третий двор создал музей, в основу которого легла работа с памятью и историями местных жителей. После завершения проектов работы участников перенесли в пространство «ГЭС-2» и на их основе создали общую выставку.
Из кого состоит команда кураторов выставки?
Посвятить часть выставки Осетии решила программный директор «ГЭС-2» Алиса Прудникова, которая раньше много работала с позже закрытым филиалом Пушкинского музея во Владикавказе. Сотрудники филиала — Галина Тебиева, Лилия Галазова, Лолита Айлярова — стали сокураторами проекта, а реализовывали задумку специалисты по городским сообществам Сергей Бабкин, Ярослав Алешин, Александра Тумаркина и Александра Киселева, а также Юлия Апанасенко, Марат Сидаков. С кинематографической частью помогала фотокорреспондент Анна Кабисова, хадзар в Москве построила архитектор Ольга Рокаль.Из кого состоит команда, работавшая над выставкой?
Хадзар 1, кинолаборатория
место: Владикавказ, ул. Генерала Дзусова
куратор: Сергей Бабкин
Во дворе на Генерала Дзусова куратор Сергей Бабкин вместе с жителями устроили кинолабораторию. В качестве режиссера пригласили Андрея Сильвестрова, специализирующегося на коллективном кино. Похожие мастерские он проводил в районе Щукино в Москве, проект назывался «Сны на районе».
Что такое коллективное кино?
При создании коллективного кино каждый участник является полноценным соавтором, в процессе нет строгой иерархии. Все участники вместе придумывают сюжет, персонажей и сеттинг.
«Когда какие-то непонятные люди приходят и внезапно предлагают снимать кино вместе с вами у вас во дворе, это может вызвать вопросы. Так что, конечно, мы, прежде чем начать собственный проект, долго находились в диалоге с жителями. Коллективный фильм, снятый в хадзаре, с одной стороны стал импровизацией, которая постоянно рождала сама себя, а с другой, благодаря профессионализму Андрея, удалось удержать его в довольно строгой и изысканной форме»,
— рассказал Бабкин.
Двор, с которым он работал, построен недавно. В нем живут в основном молодые семьи, переехавшие во Владикавказ из других частей Северной Осетии.
«Во-многом благодаря этому там сложилось очень крепкое сообщество. Все друг с другом дружат, у них коллективные отпуска, совместные путешествия, это очень сплоченное комьюнити. Им интересно друг с другом общаться, поэтому наша лаборатория складывалась естественно», — считает куратор.
У двора даже есть свой аккаунт в соцсетях, где жители рассказывают о соседской жизни. Поэтому камеры участники лаботатории не стеснялись, хотя и не принимали раньше участия в профессиональных съемках. Созданием кино заинтересовались и взрослые, и дети — вместе они экспериментировали с форматами, пробовали разные способы снимать свой быт.
«Стало понятно, что съемка – это не то, чтобы какой-то строго регламентированный процесс. Оказалось, что, наоборот, это тоже живая история, что она тоже может сама зарождаться у нас на глазах. Мне кажется, эта подвижность ситуации была в какой-то мере неожиданной, но вдохновляющей», — считает Сергей Бабкин.
По его словам, фильм, с одной стороны, запечатлел жизнь конкретного двора и его жителей, а с другой — показал, каково быть гостем в этом месте. Больше всего результат получился похож на жанр «кусочек жизни» (slice of life), который удалось очень точно ухватить и передать ощущения гостей, попадающих в этот гостеприимный двор.
Хадзар 2, театральная лаборатория
место: Владикавказ, ул. Курсантов-Кировцев
кураторки: Александра Тумаркина и Юлия Апанасенко
Во дворе, расположенном на окраине города в новом жилом комплексе, режиссерка из Северной Осетии Карина Бесолти провела театральную лабораторию. Сейчас Бесолти живет в Москве и занимается театром горожан — жанром, в котором театральное произведение создаётся вместе с жителями отдельного городского пространства.
С жителями владикавказского двора Карина придумывала, как можно рассказать об истории этого места в формате традиционного застолья. Результатом стал камерный спектакль, в котором с одной стороны соблюдается застольный ритуал, а с другой — с помощью разноформатных вставок раскрывается атмосфера места и истории жителей.
«Ритуал, конечно, здесь соблюдали не во всей строгости, потому что это театральное представление, часть перформанса. Авторам важно было показать эту часть жизни, но оставить в ней пространство для зрителя, сделать более открытой. Поэтому, например, разделение столов на мужской и женский было менее строгим, чем принято, но регламент, связанный с молитвой, со взаимодействием с напитками и едой, был выдержан в традиционной форме», — объясняет Сергей Бабкин.
На выставке в Москве спектакль представлен в формате трехканальной видеодокументации (съёмка ведется на три независимые камеры, работающие одновременно, что позволяет увидеть событие как бы со всех ракурсов, — прим. ред.). Бабкин отмечает, что такой формат не позволяет полностью погрузиться в происходящее, но дает возможность сформировать представление об осетинском ритуальном застолье.
Хадзар 3, музей двора
место: Владикавказ, улицы Коцоева и Плиева
кураторы: Александра Киселева, Лолита Айлярова и Марат Сидаков
Этот расположенный в центре города хадзар построен примерно в 70-е-80-е во дворе дома с богатой историей. Здесь жили многие представители осетинской интеллигенции, а теперь — их потомки. Лабораторию в нем проводили московская кураторка Александра Киселева и ее владикавказские коллеги Лолита Айлярова и Марат Сидаков.
Идея состояла в том, чтобы превратить историю двора в своеобразный музей. Для этого использовали несколько форматов: участники лаборатории брали интервью у жителей, приглашенная художница рисовала их портреты, а для детей провели художественные воркшопы.
Из аудиозаписей интервью, портретной серии и собранных документов собрали музейную экспозицию. Получившаяся выставка открылась в том же дворе в хадзаре, а затем ее частично перенесли в Москву на выставку в «ГЭС-2».
«Хадзар мечты»
место: ГЭС-2, Москва
кураторы: Сергей Бабкин, Ярослав Алешин, Александра Киселева, Александра Тумаркина, при консультации с коллегами из Владикавказа
Итоговая выставка состоит из нескольких уровней. На верхнем ярусе ГЭС-2 построили хадзар, который стал результатом исследовательских поездок по Кавказу и изучения того, как именно такие помещения возводили раньше. В московском хадзаре можно увидеть видеодокументацию перформса-застолья, который провели Карина Бесолти и жители двора на Курсантов-Кировцев. Там же расположена выставка, созданная в хадзаре на Коцоева.
Ярусом ниже представлены работы культовых осетинских художников Коста Хетагурова и Сосланбека Едзиева (его называют осетинским Пиросмани). Куратор выставки Сергей Бабкин объяснил, что для создателей проекта Ездиев оказался знаковой фигурой, потому что его личность тоже сочетает в себе и традицию, и современность: он жил в селе и занимался надгробиями, и при этом создавал талантливые и уникальные скульптуры.
«Фигура Едзиева всегда сопровождала наш проект, потому что он художник, скульптор, но еще и неотъемлемая часть своего сообщества, житель села, который работал для других жителей. Его творчество — важный для контекста наших размышлений феномен», — рассказал Бабкин.
В кинотеатре можно посмотреть несколько фильмов осетинских авторов: например, «Осетинская легенда» Азанбека Джанаева, «Возвращение Коста» и телефильм «Сбереги башню». Одновременно с этим здесь показывают фильм, снятый Андреем Сильвестровым с жителями двора на Генерала Дзусова.
Ещё одна доступная для просмотра работа — фильм москвича Генриха Игнатова, посвященный заброшенными кинопроизводственным пространствам в Северной Осетии. Пришедшие в запустение кинотеатры, студии, киноархивы оживают через музыку группы «Ragon bal».
Здесь же представлена фотографическая серия Марата Сидакова, в которой он документирует современное состояние старых хадзаров в центре города и делает портреты «старших» этих дворов, держателей ключей от хадзаров.
Проект, созданный в осетинских вдорах
У кураторов проектов уже был опыт работы с сообществами, но хадзары все равно стали уникальным опытом. Сергей Бабкин объясняет, что обычно такие мастерские проходят на нейтральных территориях — в библиотеках, музеях или культурных центрах. А хадзар — совсем другое пространство, кураторы выставки фактически оказались «дома» у участников.
«Десятки людей приложили руку к этому проекту, но без этого никак. Благодаря такому сотрудничеству у нас получилось с разных ракурсов посмотреть на идею, с которой мы начинали. Осетия — совершенно уникальное место с уникальной культура. Каждый контакт с этим контекстом был настолько вдохновляющим, что я буду скучать, это действительно важный для меня этап моей работы», — поделился Бабкин.
Гостей выставки встречают медиаторы, которые рассказывают о проекте, о феномене хадзаров, об осетинской культуре. По словам Сергея Бабкина, особенно вдохновляющими для авторов становятся обсуждения выставки с посетителями из Осетии: «На экскурсиях по выставке самые интересные диалоги ожидаемо возникают, когда среди участников оказываются люди из Осетии. В таких случаях слово чаще всего берут они, и остальные посетители узнают о культуре и истории этого региона “из первых рук”».
